Сериал «Дурнушка» — это история, которую я смотрел как дневниковую поездку, вот, будто листаю бортовой журнал и одновременно пишу себе в строку воспоминаний. Тут все начинается с того, что внешность героини оказывается как чемодан без ручки, тяжело, стыдно и непонятно куда это нести дальше. Так...

Сериал «Дурнушка» — это история, которую я смотрел как дневниковую поездку, вот, будто листаю бортовой журнал и одновременно пишу себе в строку воспоминаний. Тут все начинается с того, что внешность героини оказывается как чемодан без ручки, тяжело, стыдно и непонятно куда это нести дальше. Так вот, в Турции, среди разговоров и семейных правил, на первый план выходят унижение, хитрость и очень тонкая борьба за достоинство. И вот что странно, я все время ловил себя на мысли, что смотрю не просто мелодраму, а как будто наблюдаю за собственной уязвимостью. Ну и да, параллельно идет романтика и интриги, которые постоянно перетаскивают события вперед, словно поезд по рельсам, без возможности сойти.
Дальше, по ходу серий, я замечал, как постановка держит на нервах: то резкие взгляды, то молчания, то неловкие сцены, которые потом долго не выходят из головы. Так вот, героиню то пытаются сломать чужими ожиданиями, то внезапно дают ей шанс проявиться, и это чередование выматывает, ну и одновременно цепляет. Важная деталь вот в чем, персонажи не делятся на добрых и плохих по учебнику, каждый живет со своим страхом и выгодой, и это прямо чувствуется в диалогах. Причем, семейная среда тут играет как отдельный климат, в котором воздух то душный, то вдруг становится легче, а затем снова накрывает. Итак, конфликт строится вокруг того, как репутация героини становится оружием, и как она учится отвечать поступками, а не только терпеть. Ну и еще, рядом постоянно крутятся люди, которые то помогают, то манипулируют, и это делает сюжет очень живым, с осечками и поворотами. Я то злюсь, то понимаю, и вот это ощущение качелей мне понравилось, потому что в ней нет удобной прямой линии. Так вот, в какой-то момент мне казалось, что я сам еду в том же вагоне и слышу разговоры соседей через тонкую стенку. Ну и к финальным поворотам все накопленное становится ясным, хотя ясность тут всегда неполная, как погода за окном. И вот, когда я откладывал серию, оставалось ощущение, будто я прожил чужую неделю и вернулся с чемоданом эмоций, при этом с личными ошибками в голове и в словах. Поэтому я и записываю это теперь, как дневник, где сериал «Дурнушка» пахнет пылью старых коридоров, чаем после ссоры и надеждой, которая иногда снова дышит, пусть не сразу.